навальный

cubic_007


Королевство кривых зеркал


Previous Entry Share Next Entry
Истории обыкновенного рабства. Москва, XXI век
навальный
cubic_007
Оригинал взят у livingtomorrow в Истории обыкновенного рабства. Москва, XXI век
Рабство? Сегодня? В Москве? ДА!
Почему мы говорим об этом? Потому, что Трансгуманизм никогда не лишался гуманизма в своём основании. О каком благородном будущем, освещённом радикальным развитием технонауки и изменением человека может идти речь, если не когда-нибудь в XIX веке, а во вполне XXIм нас тыкают носом в рабство, причём в самых ярких его проявлениях? И будь то разработка нанотехнологий или системной схемы старения человека – мы не в праве забывать о том, что происходит здесь и сейчас, перед нашими глазами.

А перед моими глазами кирпичные заводы в Дагестане. Туда летом этого года отправились мои друзья Олег Мельников и Евгений Зимин и вместе с другими добровольцами вызволяли рабов, работавших в Махачкале на заводах. Только у картинки, услужливо подсказываемой нам постсоветскими СМИ, есть одно отличие от реальности: в рабстве находились граждане России, а не малых республик. Но если вы думаете, что рабовладение в современном мире ограничивалось этим случаем да 16-часовым рабочим днём на китайских фабриках, то вам придётся столкнуться с кое с чем весьма нелицеприятным. Пришлось и нам.
Согласно докладу ООН от 2006 года, каждый 4й трудовой иммигрант в РФ находится на условиях проживания столь жестоких и ограничительных, закабаляющих его права и свободы, что это фактически приравнивается к рабству. Жизнь в подвалах, на стройках и за прилавком без права перемещения; изъятие паспортов; неоплачиваемый многочасовой труд; побои – и это только вершина айсберга.
На 9/10 его, скрытых под водой, мы натолкнулись, когда к Олегу обратились за поддержкой 2 матери, уроженки Казахстана и Узбекистана: уже 6 лет те разыскивали своих пропавших в Москве дочерей. Милиция была бесполезна, посольство их стран в РФ – не многим лучше. О судьбе девочек, отправившихся на заработки в 14-16 лет, не было известно практически ничего – до последнего времени.
«Такие молодые? Конечно, проституция!» - настолько же шаблонная связка, как и другая, двумя абзацами выше. Правда всегда бьёт нам в лицо. Особенно когда это лицо вроде бы улыбается и с плохо скрываемым акцентом говорит: «Сикол’ака вешать памидор?». Находят иногда больше, чем ищут – не 3 девочки/Магазин Продуктыженщины, но 8 оказались в рабстве. В магазине. В магазине «Продукты». Знаете такой? Наверняка знаете. Он ещё недалеко от вас, встроен в подъезд жилого дома: он всегда под рукой, поэтому цены там обычно немного дороже.
Поздравляю, я только что подарил вам новую когнитивную петлю: теперь, расплачиваясь на кассе за батон белого и докторскую колбасу, можете ли вы быть уверены, что в глазах продавца на секунду не мелькнёт ужас подвала, в котором он жил последние – сколько? 6? 8? 17 лет?
А потом вы оба отвернётесь, силясь забыть это мгновение. Сдачи не надо.

Едва Олег обсудил это со мной, мы связались с Ассоциацией Поддержки Женщин-Иммигранток, предоставивших юриста для сопровождения группы добровольцев, собранных нами в экстренном порядке. Вечер понедельника горел от телефонных звонков – а операция по освобождению должна была проходить во вторник утром, 30 октября. К счастью, у одной из девочек был телефон – хозяева давали его ей для звонков по работе, поскольку были уверены, что в незнакомом городе некому звонить и просить о помощи: а если звонок всё-таки просочится наружу, девчонку всегда можно устранить, спрятав остальных (и их детей, родившихся в рабстве): 2 квартиры, 2 магазина (второй точкой был магазин на рынке «Садовод» неподалеку) и много других мест… Эта самоуверенность не учла лишь того, что на этот телефон могут звонить снаружи. В ночь перед операцей девушкам звонили матери, предупреждая, что это не ФМС и не бандитская «крыша», а те, кто хочет помочь им выйти на свободу. В трубке, рыдающей в 4 часа ночи, клялись, что готовы выбегать, как только отвлекут хозяев.
30 октября, утро. Около 15 человек собрались в нашем офисе в 9 утра для инструктажа, который, как потом оказалось, всё равно оставил пару моментов непрояснёнными. Рома приехал на микроавтобусе, в котором отправились активисты-трансгуманисты и «Альтернативы», а в других машинах ехали журналисты RenTV и НТВ, бывшие с нами с самого начала событий. Рассвет на пути до Щёлково (магазин «Продукты», Новосибирская ул., д. 11) был если не бодрящим, то уж точно освежающим: давно за последние дни не было такого ясно-голубого неба – и перистых, облачных, наградных лент, расплывающихся по мере нашего приближения.
10:30. Ну держись! Волнение не успевает начаться не потому, что мы действуем очень быстро (хотя, честно говоря, мы не теряли времени) – но ещё и потому, что на улице ужасно холодно. Первичная ориентировка. Олег, Эльхан и ещё двое идут на разведку магазина, в который нам предстоит ворваться. Муравьи-фуражиры возвращаются быстро: Олег разбивает нас на группы – с Алексеем и Женей я охраняю вход, ещё двое прикрывают чёрный, остальные заходят в магазин как силовая+съёмочная группа. См. Видео 1 - С этого момента нашей операции сопутствует камера Алексея, оказывавшаяся подчас в самой гуще событий.









«Кто ходит в гости по утрам, тот поступает мудро», - но если Винни участвовал в операции по освобождению горшков мёда от их содержимого, то на наших плечах была куда более сложная задача. Но утренняя мудрость улыбнулась нам эффектом неожиданности: хозяева, рабочие, покупатели – почти все если не остолбенели в прямом смысле слова, то почти не оказывали сопротивления столь неожиданным гостям. См. Видео 2 и 3 – Олег, Алексей, Елена и другие волонтёры оперативно прошлись по подсобкам, вызволяя и к концу обхода выводя из магазина двух женщин. Бакия – девушка на видео в объятьях рыдающей матери, которую не видела более 6 лет. Все вместе они садились в чёрный фургон, на котором мы приехали – и фургон этот стал той крепостью, заходя в которую женщины были готовы оборонять её до последнего.
Несмотря на Машу и Женю, поставленных на охране двери, сложно было не пропускать в магазин бабушек, настойчиво и одновременно растерянно спрашивавших о продавцах, о происходящем, о ценах на хлеб. Как и в случае с рабовладельцами, вошедшими в свою колею жизни за все эти годы, многие покупатели – как показали последующие интервью – тоже знали о том, что здесь происходит. Поэтому наша операция стала ударом сразу по двум привычным порядкам вещей.

Бека хочет увести жертву, сказав что он - ''её муж''Сюжет самого длинного, Видео 4, нуждается сразу в нескольких уточнениях человека с места событий. Замечу сразу, что хозяйка (женщина со светлыми волосами в белой футболке) сразу же начала кому-то звонить, племянник хозяина – Раха - (парень в красном) начал оказывать сопротивление – мешал проходить внутрь, нападал на волонтёров, которые хотели продолжить осмотр, вместе с хозяином они пытались выбить у Алексея камеру. Парень в зелёном, Бека, (по словам освобождённых, разнорабочий, работал здесь больше 10 лет) мешал забрать остававшуюся в дальних помещениях Рускуль, притворяясь её мужем. Запуганная женщина боялась говорить, пока хозяева оставались рядом (см. об этом будет следующий пост, «Стокгольмский синдром» и рабство). Когда, после ещё одной потасовки на выходе из подсобки, женщину пытались провести через главный вход, хозяин магазина перегородил собой проход, позвал на помощь остальных, его жена не давала пройти Рускуль, завязалась потасовка: Бека и Раха порвали Олегу куртку и разорвали рубашку, а потом, когда я стал оттаскивать Бека, взялись и за меня.




Сразу после этого происходящее ещё раз резко изменилось. Взломали окно полуподвального помещения, за которым следили недостаточно хорошо, и мы слишком поздно заметили, что в тёмно-синем ВАЗ 2109 (а 675 тн), стоявшем у чёрного хода, находятся 3 ребёнка 2-5 лет и 14-летняя девушка. См. Видео 5 - хозяйка магазина и её сподручные проверяют машину, в то время как Олег пытается сесть за руль и помешать её отправлению. Силами 3:1 его выволакивают на улицу, но можно заметить, резкий отъезд машины опрокидывает хозяйку, которая тоже хотела сесть в неё. Как позднее рассказали Эльхан и Женя, они видели, как хозяйка ходила по залу с взявшимся откуда-то ребёнком, но предположили, что это – её собственный (например, принесённый для создания жалостивого впечатления перед камерой: мол, врываются, нехорошие, злые, а я тут с ребёнком в пелёнках). Увы, это были как хозяйские (если считать хозяйским ребенка, рожденного изнасилованной хозяином рабыней), так и те дети, которых держали в заложниках у работниц-рабов как гарант, что они не посмеют бежать. На этом этапе была вызвана полиция – первым поводом: незаконное задержание людей, вторым поводом – незаконный увоз (похищение) детей.




После этого рабовладельцы стали блокировать магазинные двери – См. Видео 6 и 7, запирая их изнутри. «Всё, уходите, игра окончена, закрываем магазин!» - доносилось из-за двери, а Олег остроумно отвечал – «Нет, не закроете: вот приедет полиция, она-то вас закроет». Несмотря на стычку из-за отобранных на какое-то время ключей, хозяев и иже с ними было решено оставить в здании. Волонтёры РТД и «Альтернативы» патрулировали их снаружи, а студент-философ и итальянец-трансгуманист были поставлены караулить у чёрного выхода, в случае чего крича основной группе. Если спереди двери были закрыты изнутри, то чёрный ход те двое забаррикадировали снаружи – блоками полубетона и арматурой. Было 11:15. Мы стояли у машин, ожидая полицию. Освобождение перешло в затяжную фазу.

От холода ли, отсутствия потасовок или по сугубо социоантропологическим причинам волонтёры и репортёры начали привлекать косящихся на происходящее бабушек и прочих покупателей разного полу и возраста, собиравшихся на шум – особенно тех, кто регулярно ходил в магазин. Одна старушка сказала, что ей это всё не важно лишь бы продавали хлеб, а этим пусть ФМС занимается – но этой позиции радикального эскапизма, к счастью, противостояло множество людей, рассказывавших про то, что продавщицы выглядели усталыми, в синяках, и это было неоднократно. Покупатели во многом угадывали происходящее в застенках. Некоторые даже писали жалобы участковому, но эти запросы не шли никуда дальше. Как оказалось, семья рабовладельцев имела не только несколько квартир, но и криминальный авторитет - их соседи опасались даже давать интервью на камеру. Своими подозрениями о потерпевших, которых содержали в нечеловеческих условиях, поделились работники парикмахерской, находившейся сбоку от чёрного хода.
Минут через 30 после вызова приехал полицейский патруль, что означало начало разбирательств в другом режиме. Действия волонтёров, к сожалению, с официальной точки зрения (что нашло отражение в некоторых репортажах– ссылки на статьи life-news, а не их видео) не существовали, ведь это не органы проводили спецоперацию. См. Видео 8 – по записанным данным уехавшей машины был введён план «Перехват»: её саму вскоре нашли, но детей в ней не оказалось. Ситуация начала развиваться, разнося участников в разные стороны от эпицентра событий - женщины, которых освободили (и их матери), продолжали ждать в фургоне: они боялись выходить, боялись даже уезжать вместе с полицией без самих активистов! В итоге я, Олег, женщины и полиция отправились в ОВД «Гольяново» составлять заявления; итальянец уехал с репортёрами НТВ и RenTV (См. НТВ – http://www.ntv.ru/peredacha/chp/, выпуск программы «Чрезвычайное Происшествие», «ЧП» за 30е октября), остальные ребята оставались ждать Ольгу, которая должна была подъехать – впрочем, вместо неё, около 12:20 подъехала опоздавшая практически на всё журналистка РИА новости. Мягко говоря, пропорции невнимательности к ответам и свободного творчества в итоговых версиях этого события поражают (http://ria.ru/trend/Abduction_children_Moscow_30102012/ - объявившего похищение «уткой», условно говоря, «хозяйка всего лишь испугалась, что освобождавшие её рабов волонтёры – это ФМС, поэтому испугалась и со страху увезла всех детей без разбору – и своих, и чужих»). Когда часть информации выходит за пределы того контекста, который гарантировал сохранность её однозначности, как правило возникают очень интересные перетолки – поэтому, например, весь блок РИА направил это событие в сюжеты о похищении детей, в то время как, несмотря на сложность и трагичность положения на тот момент, ключевым событием, вокруг которого всё происходило, было в первую очередь освобождение женщин-рабов.

К счастью, прибытие полиции позволило направить активность людей в разные стороны: если они взяли на себя прочёсывание квартир (ребёнок 1-2 лет был обнаружен лежащим в темноте одной из них лежащим на полу – но живым) и задержание людей в магазине (которые так же были перевезены в ОВД), то активисты «Альтернативы» -Алексей и Эльхан – успели отправиться на рынок «Садовод»… где, вопреки ожиданиям, никто не был предупреждён – либо такое предупреждение не имело смысла. См. Видео 10 - Сопротивление на том объекте было несравненно меньше, были вывезены Зарина, 20 лет (дочь одной из приехавших матерей) и её грудной ребёнок.

Дальнейшие события разворачивались в другом масштабе, в течение всего оставшегося дня и далее, прямо сейчас, когда я пишу это, продолжают развиваться. Меня выгнали из ОВД достаточно быстро (нечего тут всяким ходить, смотреть и снимать), а Олег и девять потерпевших-задержанных удерживали там более 10 часов, до самого вечера, в результате чего нашей группе пришлось ехать туда, чтобы попытаться объяснить, что женщин и детей нужно отпустить поспать ночью и покормить. В то время как в ОВД ключевыми были вопросы установления субординации между десятью ведомствами, в больницу №54 на наб. Шитова, куда отправили Бану - одну из удерживаемых девушек в связи с подозрением на язву желудка, приехали какие-то люди от хозяев, вынуждая её ехать с ними – в итоге ее похитили и она пропала без следа.
Зато ночью того же дня у нас в офисе было практически не протолкнуться: все отпущенные на свободу люди со своими маленькими детьми заполнили пространство той мирно-суетливой радостью, когда все допоздна не спят, вспоминая пережитое, говорят друг с другом – и теми, с кем не могли уже долгие годы. Часть из них уехала вместе с активистами «Альтернативы», чтобы у всех нашлось место не только встретиться, но и поспать – у нас разложили одеяла на полу и диваны в других комнатах. Но, перед тем, как заснуть – более того, даже вечером, когда к нам приехали только Зарина с ребёнком и её мама, - мы снова и снова просматривали отснятые с места происшествия репортажи – нами, другими людьми, каналами, новостными лентами: из наиболее удачных можно назвать ещё и вот эту - http://lifenews.ru/video/3/10717. Это переживание прошлого стало таким маленьким ритуалом дня, который сплачивал людей и помогал им чувствовать преодолённость тяжёлого этапа – тем, что они могли сесть на стул и смотреть его со стороны. Прошлое, живое ещё сегодня утром, стремительно превращалось на их глазах во что-то другое – не столько кошмар, который необходимо забыть, столько знание о хрупкости человеческих судеб, которое стоит помнить. Причём не только им, но и нам.

Одним из самых важных последствий проведённой операции было открытие, что люди знают куда больше, чем может показаться – те же самые покупательницы «Продуктов» рассказывали о том, что такая же ситуация происходит и в других магазинах в том же районе – и давали их адреса. Люди боялись, но как-то отчаянно хотели, чтобы страх кончился – вместе с теми местами, откуда он растёт. Откуда он может быть выкорчеван так, как мы попытались это сделать.

Другими магазинами (их, по крайней мере, два) должны были бы заняться силовики, если смогут оторваться от бумажной волокиты; я хочу отправиться с ними если не как штурмовик, то – не меньше, чем наблюдатель в эпицентре событий. Как сейсмические волны от землетрясения, ударная волна от произошедшего продолжает звучать внутри и снаружи одновременно. Вы удивитесь, но среди рабынь действительно существовали редуцированные формы семейственности – несколько детей рождены при прямом участии Беки, когда он был мужем той или другой женщины. Казалось бы, зачем нужны эти камерные псевдоотношения? Для того лишь, чтобы удерживать женщин залогом их собственных детей? И вновь неверно: мама Зарины сообщила, что по её сведениям дети так же были одним из промежуточных материалов в этой чудовищной алхимической цепи экстрагирования прибыли. Во всём своём изложении я старался опираться на факты, которые я мог проверить либо наблюдал непосредственно – но слова о том, что детей продавали на органы, не смогла внести в свой блокнот даже Ольга Коровина, журналист и правозащитник, помогавшая нам с освещением событий. С каждым витком это становится лишь невероятнее – но не в смысле невозможности, а что «нормальный» уровень восприятия на секунду отказывается верить, что такое вообще может происходить в этих многострадальных подвале, магазине, квартире. О, эта счастливая секунда! Многие годами тоскуют по ней. У меня не было возможности как-то проверить и это обвинение – если бы не одна зацепка: поступила информация, что один из маленьких детей не может ходить не от рождения. Бойкая и шустрая девочка, оно много где успела поползать, пока… она не выступил невольным донором спинного мозга для некоего старика (обозначим эту фигуру так). После этого циркуляция спинномозговой жидкости оказалась непоправимо нарушена, и ходить она несколько лет не могла. Сейчас, в пять лет (хотя на вид ей больше двух не дашь) снова учится. Я надеюсь, я искренне надеюсь, что когда у меня будет больше информации относительного этой девочки и его случая, мы продолжим действовать – и пригласим лучших врачей, чтобы помочь ей в сегодняшнем состоянии – а так же определить, можно ли удостовериться, что факт извлечения жидкости был в своё время произведён (возможно, по остаточным следам в тканях либо характеру её дегенерации, гипотезы в процессе). Если и эта часть окажется подтверждённой… Впрочем, бесчеловечность этого настолько вопиюща, что развитие событий не ограничится одними моими заявлениями в блоге.


?

Log in

No account? Create an account